Он пришел из-за Синих гор



Когда дракон летит с севера, он видит все…

Урсула Ле Гуин «Планета Роканнона»

Арвин  проголодался.  Мари положила перед ним большой  ломоть белого хлеба  и высыпала из небольшого мешочка горсть запеченных в печи креоловых орехов. Арвин  – птир и его большие глаза смотрят еще совсем по-детски.  Он обнюхал  продукты и начал  трапезу с орехов.  Мари гладила птира по голове. Она не может говорить и поэтому  не назовет его по имени.  И он тоже всегда молчит. Мари исполнилось всего девять лет, а Арвину  только девять месяцев.

Как-то раз ранней весной, гуляя по лесу, девочка наткнулась на скорлупу яйца, лежащего  под  большим полусгнившим деревом.  Мари заглянула в дупло и увидела маленький синий комочек. Слепой и еще мокрый птир дрожал и тихо попискивал. С тех пор девочка каждый день приносила ему еду.  Птир быстро рос и  к лету он уже мог самостоятельно добывать пропитание. Он с удовольствием ел лесные орехи, ягоды и даже грибы. Но самым любимым лакомством была еда, которую приносила Мари.  Потом пришла осень, а следом и холодная зима. Землю окутал белый пушистый снег.  Птир  почти сравнялся  по росту  с Мари.  Иногда днем они бегали по лесу наперегонки. Арвин скатывался на брюшке со снежной горки и фыркал, смешно махая нежными маленькими крылышками.  На его гладкой синей коже  появился первый пух, который должен будет превратиться в теплую меховую шубу. Он не был холоднокровным, как ящерицы или черепахи.

Мари любила ходить в лес за хворостом, не забывая проведать своего друга.  Если не получалось днем, девочка тайком ночью прибегала   к большому полусгнившему  дереву. Она жуть как боялась волков, но еще больше она  боялась потерять Арвина. Когда она его гладила, он вздыхал как человек. Вот только сказать ничего не мог – также как и она.  Иногда ей снился мир на юге. Во сне она парила над Синими горами и наслаждалась теплым янтарным туманом облаков.  Когда-нибудь Арвин вырастет, и они полетят в ту сторону.  Там, за Синими горами, нет злого герцога Гролла с его турангами и люди всегда  счастливы.

***

Мари быстро шла  домой из лесу с вязанкой хвороста.  Лесная дорога вывела ее на окраину маленького городка Виткинея.  Впереди медленно двигалась худенькая сгорбленная старушка в черном одеянии.  Девочка обогнала ее и, почувствовав не себе острый взгляд, оглянулась. Мари успела разглядеть  ярко-красный камень на  золотой цепочке на ее шее, в то же мгновенье камень вспыхнул,  и  дневной свет для девочки померк.  Мари  выставила руки вперед и остановилась. Перед глазами поплыли малиновые круги, которые вскоре сменились легкой фиолетовой дымкой. Словно из-под земли вынырнули огромные горы, окутанные легкой фиолетовой дымкой.  Сине-зеленая трава и листва деревьев были так же естественны, как и огромный диск янтарного солнца в  небесной лазури. Странные звуки наполняли пространство предгорной долины. Уходящая вдаль лента дороги, вымощенная желтым камнем.  Красные черепичные крыши  белокаменных домов дополняли живописный колорит пейзажа. Теплый ветер  шевелил листву на деревьях  и  доносил запах свежескошенной травы. И странное летящее в небе  существо, взмахивающее большими крыльями.

Линия гор задрожала и начала растворяться в холодной дымке горизонта. Пронизывающий ветер принес снег и скрыл янтарное светило за  унылой пеленой туч.   

– Мар-и-и-и, Мар-и-и-и, – послышался голос тетки, заменившей  девочке рано ушедшую из жизни мать. Черные волосы, уложенные в аккуратную прическу, открытые карие глаза и смуглая кожа выдавали ее южное происхождение. В свои тридцать лет Торина еще не успела выйти замуж.  Как и большинство женщин в поселке, она носила  овечий  тулуп, длинную шерстяную юбку, валенки на ногах и  большой платок из козьей шерсти на голове. Она медленно шла по улице, держа маленькую девочку за руку.

– Мари, ты опять где-то бегала.  На улице холодно и детям нельзя долго гулять на улице.  Вот будут проезжать туранги и заберут тебя с собой, – назидательно строго сказала тетка. На глазах ребенка появились слезы.  

            По дороге  шел   мужчина, кутавшийся в плащ и без шапки на голове. Увидев Торину и Мари, он остановился.

– Доброго хлеба тебе, Торина, – сказал он и слегка наклонил голову.

– И тебе быть в достатке. Ты все такой же, Говард, – ответила женщина и улыбнулась. – Попьешь с нами горячего эльфанта?

– Солдат никогда не откажется от  приглашения красавицы, – вздохнул Говард, пропуская хозяйку вперед.

Торина остановилась и поправила платок. При приближении Говарда ее сердце замирало.  Когда другие женщины смотрели на него, ее мучила ревность. Она не могла сказать ему о своих чувствах. Ведь он мужчина, и сам должен просить ее руки. А ей просто хорошо было рядом с ним.

На вид Говарду было около пятидесяти. Лицо со шрамами, ровная осанка и крепкое телосложение выдавали в нем воина. Большие серые глаза открыто смотрели на окружающих. Прошел всего месяц, как  Говард покинул  службу герцога Гролла и начал строить дом на окраине города. «Солдат может спать под открытым небом», – отшучивался он, когда Торина предлагала сдать ему комнату в своем доме.

***

– Дорогу  славному герцогу Гроллу Виткинейскому,  победителю Ста Драконов и  освободителю от злых воителей  из-за Синих  гор, –  громко прокричал нищий в рваной грязной одежде и тут же  отошел в сторону. На площадь выскочили  два  десятка вооруженных всадников.  Темно-красные плащи с вышитым золотистым драконом говорили об их принадлежности к гвардии турангов герцога Гролла. Сверкающие на солнце остроконечные шлемы, звон кольчуг и длинные острые копья заставили толпу народа раздвинуться  в стороны, освободив центр площади.  На месте осталась лишь маленькая сгорбленная старушка, сидящая на своих пожитках.  Ее черное одеяние, загнутый крючком вниз нос и  висящий на шее  большой  кулон на цепочке из красного золота с рубином,  выдавали в ней  колдунью.

            Всадники расступились, и  вперед на белом коне выехал высокий крепыш с рыжей бородой. Он приблизился к старушке и спрыгнул с лошади. Взглянув на свои новые кожаные сапоги, герцог не спеша, подошел к старушке.

–  Ты единственная не склонила голову при моем приближении, –  сказал Гролл, опершись на рукоять длинного меча.

–  Я слишком стара, герцог. И я слишком  долго пожила на этом свете, –  прищурившись от  ярких лучей  янтарного солнца, ответила  колдунья.    

– Ты знаешь, чего я хочу от тебя? –  спросил Гролл и оглянулся.

Туранги поспешно оттесняли толпу с площади.

– Знаю. И ты убьешь меня сразу же, как только я скажу, – ответила колдунья.

– Может быть, и нет, – засмеялся Гролл.

Колдунья вздохнула и дотронулась ладонью до виска.

– Смерть придет к тебе от руки маленькой девочки, родителей которой ты убил, – мрачно промолвила колдунья и тихо засмеялась.

Она  хохотала  все громче и громче. Ее смех раскатами грома понесся над площадью. Толпа в отдалении стала повторять за ней следом как эхо. Герцог бешено завертел головой по сторонам. Его лицо исказил приступ злобы. Они смеются  над ним. Он, великий правитель этих земель! Он победил Сто Драконов и злых воителей из-за Синих гор. На губах Гролла выступила пена бешенства.  Старуха не достойна жить!  Герцог выхватил меч из ножен, и сверкающее лезвие вонзилась в горло колдуньи. Глаза старухи потускнели и  закрылись.  Гролл выдернул меч и брезгливо вытер его о лежащее тело старухи, а затем наклонился и  сорвал с  шеи колдуньи залитый кровью кулон.  На лице Гролла появилась довольная ухмылка.

***

            Солнце медленно клонилось к закату, предвещая наступление длинной  ночи. Торина достала из печи пирог с грижжавеловыми  ягодами и положила его на стол. Аромат  сдобы приятно защекотал ноздри. Говард посмотрел на дверь, явно намереваясь попрощаться, но увидев как Торина  достала фарфоровые чашки и чайничек, понял, что пирог ему отведать все-таки придется. 

– Мари мне как родная, –  сказала женщина, нарезая большим ножом  пирог и раскладывая  хрустящие ломтики  по тарелкам. 

Большие зеленые глаза ребенка внимательно смотрели на гостя.

– Жаль, что она не разговаривает.  Бабка-целительница сказала  –  от испуга это у нее. После того как Гролл убил ее отца – с тех пор и не говорит. А потом ее мать умерла. Болела много, а лекарств совсем не было, – промолвила хозяйка, наливая кипяток в чайничек с листьями эльфанта.  В дверь несильно постучали.  Торина отворила. На пороге стояла ее соседка Дарна. 

– Беда, Торина! Туранги герцога ищут вас  и сам Гролл с ними,  –  промолвила она.

 Женщина побледнела.

– Чем мы не угодили этому деспоту? – спросила она, прижимая Мари к себе.

– Сегодня на площади колдунья сказала Гроллу, что его смерть наступит от руки маленькой девочки, родителей которой  он убил, – дрожащим голосом  ответила Дарна.

– Вам нужно  где-нибудь спрятаться.

– У Гролла полно шпионов в Виткинее, сказал Говард и, поднявшись со стула, выглянул в окно.  По улице скакали вооруженные всадники. Их красные плащи были похожи на кровавую жатву на фоне ослепительно белого снега.

– Быстро уходите. Я останусь здесь и  попытаюсь задержать их, – сказал  Говард.

Женщина  спешно одела Мари,  и они  выбрались из дому, через потайную дверь.   Говард плотно затворил обе двери, задвинув железные засовы, и запер ставни. Оружия не было, да и справиться в одиночку с  отрядом турангов он не сможет. Но все же он задержит их. 

Вскоре сильные удары сотрясли дверь дома. 

– Именем герцога  Гролла  Виткинейского,  требую отворить, – прогремел властный голос.

Говард  отошел к задней стене  дома. От сильного удара снаружи дверь затрещала, и в дом  ворвались мрачные воины в сверкающих кольчугах  и латах с выгравированным  черепом и костями на груди. Последним появился сам герцог Гролл.

– Ты теперь живешь здесь, – с ухмылкой сказал Гролл, вынимая из ножен меч и внимательно осматривая комнату.

Двое турангов схватили Говарда за руки.  Герцог увидел на наполненные чашки на столе.

– Где девочка? – спросил  Гролл, приставив острие меча к  горлу Говарда. 

Пленник молчал.

– Ты был хорошим воином, Говард. Я даже хотел сделать тебя  командиром  туринга, но ты оставил службу и решил стать простым  крестьянином. Мне очень жаль.

– У меня  нет детей, –  спокойно ответил Говард.

В дом вошел один из турангов.

– Они убежали в лес, – сказал он, поклонившись герцогу.

–  Мы найдем их, а тебя возьмем с собой. Сначала я убью их, а потом умрешь и ты, – процедил сквозь зубы Гролл, проведя острием меча по груди Говарда.

***

            Густой туман растекался по лесу. Торина быстро шла по тропинке, держа за руку Мари.  Женщина  решила немного передохнуть и, остановившись, прислонилась к стволу толстого дерева.  

– Мари! Нам нужно идти быстрее. Если они …,–  начала говорить она и  вдруг почувствовала  на затылке чье-то горячее дыхание.

Торина обернулась и от неожиданности замерла. На нее смотрели огромные зеленые глаза.  Блестящая темно-синяя кожа  зверя, толстые лапы и длинный хвост не оставляли никакого сомнения.

  Мари подошла к зверю и нежно погладила его по голове.

– Это же птир! – промолвила Торина. – И он совсем еще малыш. Откуда он здесь, Мари? Это ему ты носила продукты! А я думала, что  ты отдаешь их каким-нибудь бездомным. Ты знаешь, в кого он  потом превратится?

Мари утвердительно кивнула головой.

– Твоя мать умела управлять ими, и ты должна была унаследовать ее силу.  Жаль, что ты не говоришь, – сказала Торина.

На мгновенье  она вспомнила свою сестру. Они были совсем маленькими, когда  Кармина нашла своего первого птира.

– Он смешной Торина, он такой смешной! – веселилась сестра, держа в руках маленькое существо.

Кармина никогда не боялась птиров. Стоило ей приблизиться, и они покорно склоняли голову, махая  маленькими крылышками.

– Он пришел из-за Синих гор и ему хочется  летать,  –  смеялась девочка, гладя птира по голове.

– Научи меня говорить с ним, – просила Торина.

Взгляд Кармины стал грустным.

– Я люблю тебя, – сказала она и поцеловала младшую сестру.

Прошло много лет, но она так и не смогла забыть эти слова.  Иногда Торина плакала ночью, так чтобы не видела Мари.

***

– Эге-гей! –  послышался пугающе знакомый  голос сзади. –  Вот теперь все в сборе!

Торина вздрогнула и обернулась.

Неподалеку стояли  туранги Гролла во главе с самим герцогом.  Гролл вытолкнул  вперед Говарда со связанными за спиной руками.

– Женщина! Отдай мне зверя. Если отдашь – я пощажу тебя, твою дочку и даже верну тебе твоего мужа, – засмеялся герцог.

Огненно-красный кулон зловеще  сверкнул на его шее.

Мари подбежала к Арвину и обняла его за шею. На глазах ребенка появились слезы.

– Я жду. Сегодня я добрый, но моя доброта не бесконечна, – сказал герцог и вынул из ножен меч.

– Сначала отпусти Говарда, – громко ответила Торина.

Герцог пожал плечами и, взмахнув мечом, разрубил веревки, связывающие руки пленника.

Говард  потер кисти рук и пошел навстречу Торине.

– Видишь, я выполнил твои требования. Теперь ты должна выполнить мои, – ласковым голосом произнес  Гролл.

Герцог улыбнулся  излюбленной хищной улыбкой, от которой содрогались  жители  города и окрестных  деревень.

Говард подошел к птиру и погладил его по голове.

– У нас нет выбора, – сказал он, глядя на Мари. –  Нам придется  отдать его герцогу.

Мари не отпускала шею  друга. Из глаз девочки лились слезы. Торина с трудом убрала  ее руки от птира.

– Эй, Говард! Мои арбалетчики готовы расстрелять вас всех, но даю еще один шанс! – закричал Гролл.

–  Мы уходим, Гролл, – громко сказал Говард, подняв вверх правую руку.

Они оставили птира у дерева и медленно  двинулись  в глубь леса.

А Мари продолжала плакать и тянуть ручки в сторону друга.

***

– Так вот ты какой, могущественный царь огня, – засмеялся герцог, снимая с шеи кулон

Он помахал рубином перед  головой птира.

– Нравится? – спросил Гролл, вглядываясь  в  огромные зеленые глаза зверя.

Арвин поднял  голову вверх и громко заревел.

– Скучаешь по своей хозяйке? Совсем скоро у тебя будет  другой хозяин, – сказал Гролл и сильно прижал  амулет  к  шее зверя.

Птир замер на месте.  По его коже пробежали ярко-голубые искры, и он стал  стремительно увеличиваться в размерах. Маленькие крылышки превращались в огромные сильные крылья.  Большие когтистые лапы, костяной  гребень вдоль спины и большая голова с  пастью наполненной острыми зубами. Герцог дико захохотал.

– Я самый могущественный из всех правителей этих земель! Теперь я стану королем! – закричал он, подняв руки вверх.

На поляне перед ним сидел огромный черно-синий дракон, изредка взмахивающий большими крыльями.

Торина и Говард остановились.

– Что мы наделали, – сказала женщина и закрыла лицо руками. – Мы помогли выпустить на свободу чудовище.

– Не убивайся, ты не виновата, –  промолвил Говард и обнял Торину.

Подул сильный ветер и с неба посыпались крупные хлопья снега.    

– Мари! – неожиданно закричала Торина. – Мари! 

А  Мари со всех ног  бежала к Арвину.

– Мари, стой… – закричал Говард, пытаясь догнать ребенка, но было уже поздно.

Девочка  подбежала к  Арвину и протянула ручки. Огромная голова опустилась перед ней. Дракон открыл пасть, готовясь выплеснуть море огня.

– А-А-А-Р-В-И-И-И-Н! – неожиданно прозвучал в лесу пронзительный детский крик.

Глаза дракона  начали медленно приобретать осмысленное выражение.

– Арвин! – тихо повторила Мари.

Дракон опустил голову на землю и прикрыл глаза.  Девочка  нежно погладила  Арвина и осторожно запрыгнула ему на шею. 

Лицо Гролла исказилось гримасой  ненависти.  Это его дракон! Только он может управлять им! Эта девчонка пытается  забрать то, что принадлежит ему – великому герцогу Гроллу.

– Убейте их! – закричал  герцог, показывая дрожащей рукой на дракона. – Убейте их всех!

Пробежав по поляне,  Арвин сделал несколько взмахов могучими крыльями и взмыл в воздух. Туранги выстрелили из арбалетов. Два десятка стрел со  свистом  неслись к Арвину и Мари. В последний миг дракон повернул голову и, открыв пасть, изверг  пламя. Струя огня  сожгла в летящую смерть.  А Арвин сделал новый  круг и выплеснул огонь в гвардейцев герцога. Туранги падали с лошадей и катались по снегу, пытаясь охладить кольчуги и латы. Повсюду валялись брошенные мечи и копья.  Обезумевшие лошади в испуге  разбегались по лесу. Арвин взмыл вверх, а затем  начал снижаться …

Гролл сорвал с шеи  кулон, и, сжав его в руке, бессильно смотрел на летящего дракона.

–  Подчинись мне, подчинись! –  скрипя зубами, закричал он.

Дракон летел прямо на него.

–  Если я не могу управлять тобой, тогда я тебя убью, –  заорал герцог и, размахивая мечом, побежал навстречу снижающемуся  Арвину. 

–  Дракон не сможет поразить герцога, потому что у него амулет, – громко сказала Торина.   

Стоящий неподвижно Говард словно очнулся и поднял лежащий на снегу меч туранга. Сталь еще не остыла и жгла ладонь, но воин этого не чувствовал.

Дракон приземлился,  и, сложив крылья, покачиваясь на больших лапах,  пошел навстречу герцогу.

–  Арвин, назад…  –  закричала Мари.

Но магическое действие амулета  притягивало дракона.

Оставалось  всего пара шагов, и  Гролл уже замахнулся мечом…

–  Нет, –  прозвучал голос Говарда, и  острый  клинок вонзился  в шею герцога.

Герцог  остановился и  медленно повернул голову.  Из уголка рта потекла тоненькая струйка крови.

–  Т-т-ы, –   с усилием выдавил из себя Гролл и  его глаза начали мутнеть.

–  Значит, колдунья ошиблась, – с трудом выговорил он и повалился на снег.

Вокруг  головы  расплылось кровавое пятно. 

***

Торина и Говард стояли на площади. На том самом месте, где Гролл убил колдунью.

– Они ведь вернутся, – с надеждой в голосе сказала Торина, прижавшись к Говарду. – Мари еще совсем ребенок.

–   Повелители драконов рождаются взрослыми, –   задумчиво ответил Говард. –   И только они знают имя своего дракона.

А высоко-высоко в небе огромный черно-синий дракон с маленькой девочкой на шее сделал прощальный круг и растаял в небесной лазури. Они направились туда, где в туманной дымке возвышались Синие горы и где люди всегда счастливы.  

КОНЕЦ